Статьи Ассоциации Когнитивно-Поведенческой Психотерапии
РЭПТ Основы КПТ

Исследовательская статья «Определение терапевтических отношений в КПТ» (2я часть)

Вернуться в начало статьи

ТЕСТ НА ПРЕДМЕТ ТРЕБУЕМЫХ ХАРАКТЕРИСТИК/ВОЗДЕЙСТВИЕ ЭКСПЕРИМЕНТАТОРА


Была проведена серия ANOVA с целью определения наличия различий между группами по в том, что касается их оценки внушения доверия со стороны экспериментатора и их восприятия полезности техники. Между группами по этим переменным не было никаких значимых различий, из чего можно сделать вывод о том, что, если бы воздействие экспериментатора и требуемые характеристики участников имели место, они были бы эквивалентны между группами принятия и непринятия.

ПРОГНОСТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ СПОСОБНОСТИ К УЧАСТИЮ В ПРИНЯТИИ

Среднее значение и среднеквадратическое отклонение для каждой группы по потенциальным прогностическим факторам принятия (BAI, BDI-II и подшкалам ATNES) приведены в таблице 2, а интеркорреляционная матрица прогностических факторов и способности участия в принятии представлены в Таблице 3. Пошаговый логистический регрессионный анализ был выполнен с использованием метакогнитивных переменных и прогностических факторов симптомов. Результатом этого анализа явилось определение статуса "принятие"/"непринятие" (Таблица 4). По причине теоретической значимости метакогнитивных убеждений при принятии было принято решение ввести метакогнитивные переменные на первом этапе, чтобы узнать, смогут ли они предсказать способность к участию в принятии. Когда эти прогностические факторы были введены, только подшкала отрицательных зависимостей ATNES значительно предсказывала статус принятия/непринятия. Однако, когда на втором этапе были введены прогностические факторы симптомов, эта шкала из ATNES также стала незначительным прогностическим фактором статуса группы, и только опросник BAI оказался способен значимо предсказывать статус группы. Когда те же анализы проводились с использованием множественного регрессионного анализа со степенью принятия в качестве непрерывной переменной, эти результаты были воспроизведены с тревожностью как с самым сильным прогностическим фактором принятия. Значения корреляции между прогностическими факторами и степенью принятия приведены в таблице 3.

Таблица 2. Среднее значение и среднеквадратическое отклонение по потенциальным прогностическим фактором принятия
ATNES- Шкала установок по отношению к негативным переживаниям; BAI — шкала оценки тревожности Бека; BDI-II — шкала оценки депрессии Бека, второе издание.

ВЛИЯНИЕ ПРИНЯТИЯ НА ИНТЕНСИВНОСТЬ НЕГАТИВНОГО НАСТРОЕНИЯ

Оценки настроения по каждой группе за 5-минутный интервал представлены на Рисунке 1. Значимых различий между группами в их настроении не было как до, так и после проведения диагностического интервью. Однако, имелись значимые различия между группами по настроению после получения указаний по принятию (до вызывания негативного настроения), F (1, 63) = 12,86, P < 0,01, что указывает на то, что участники, которые не были способны участвовать в принятии, продемонстрировали повышение показателя негативного настроения сразу после получения указаний по принятию, но до проведения процедуры вызывания настроения.

Повторные измерения ANOVA в 2 группах (принятие в сопоставлении с непринятием) х 11 раз (оценка настроения каждые 30 секунд) проводились с целью определения наличия различий между группами по профилю и тенденциям настроения с течением времени (Рисунок 1). Значения времени по групповому взаимодействию были значимыми, F (10, 630) = 2,03, P < 0,05; как и основной эффект времени, F (10, 630) 545,52, P < 0,001; и основной эффект группы, F (1, 63) = 13,50, P < 0,001.

ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЕ АНАЛИЗЫ

Была проведена серия вспомогательных анализов с целью достижения лучшего понимания потенциальных факторов, которые могли бы сделать запутанными результаты, связанные с эффектом принятия негативного настроения. По причине наличия значимого различия между группами повторные измерения ANCOVA в 2 группах (принятие в сопоставлении с непринятием) х 11 раз (оценка настроения каждые 30 секунд) проводились с целью определения наличия различий с оценкой настроения перед проведением процедуры вызывания настроения в качестве ковариата. Значения времени по групповому взаимодействию были значимыми: F (10, 620) 53,43, P < 0,001; как и основной эффект времени F (10, 620) 52,56, P < 0,05; и основной эффект группы, F (1, 62) 54,81, P < 0,05. По причине наличия значимых различий между группами в BAI также проводились повторные измерения ANCOVA, причем BAI использовался в качестве ковариата. Значения времени по групповому взаимодействию были значимыми: F (10, 620) 53,05, P < 0,01; как и основной эффект времени F (10, 620) 512,29, P < 0,001; и основной эффект группы, F (1, 62) 516,54, P < 0,001. Таким образом, ни первоначальные эффекты настроения, ни уровни тревожности не объясняли взаимодействие группы по времени, наблюдаемое в оценках настроения.

Таблица 3. Интеркорреляционная матрица прогностических факторов и степени принятия
ATNES — Шкала установок по отношению к негативным переживаниям; BAI — шкала оценки тревожности Бека; BDI-II — шкала оценки депрессии Бека, второе издание P*<0,05; **P<0,01

Таблица 4. Анализы логической регрессии по потенциальным прогностическим факторам статуса принятия/непринятия
ATNES — Шкала установок по отношению к негативным переживаниям; BAI — шкала оценки тревожности Бека; BDI-II — шкала оценки депрессии Бека, второе издание P*<0,05; **P<0,01


ВЛИЯНИЕ ОБУЧЕНИЯ НА ПРИНЯТИЕ МЕТАКОГНИТИВНЫХ УСТАНОВОК

Предманипуляционные и пост-манипуляционные баллы по трем подшкалам ATNES приведены в Таблице 5. Серия повторных измерений группа х время была проведена для того, чтобы определить наличие различий между группами с течением времени на трех уровнях подшкал ATNES. Имело место значимое взаимодействие "время х группа" по установкам принятия, F (1, 63) = 5,91, P < 0,05. Этот результат имел место из-за того, что участники, которые участвовали в принятии, продемонстрировали повышенные метакогнитивные установки принятия после манипуляций по сравнению с теми, кто не принимал участия. Значимых различий между группами по каким-либо другим подшкалам ATNES обнаружено не было.

ОБСУЖДЕНИЕ

Цели настоящего исследования состояли в том, чтобы исследовать прогностические факторы способности к участию в принятии печали и исследованию влияния обучения принятию на интенсивность вызванного отрицательного настроения и на метакогнитивные установки у лиц, ранее страдавших от депрессии. Было установлено, что 40% участников настоящего исследования не отвечали критериям, определенным для успешного участия в принятии. При помощи логистического регрессионного анализа было также установлено, что большее негативное отношение к негативному опыту и повышенному беспокойству предсказывает более низкую способность участия в принятии печального настроения, причем тревожность является более мощным прогностическим фактором. Кроме того, лица, способные к применению когнитивного стиля принятия, продемонстрировали более короткую продолжительность своего негативного настроения и повышение установок принятия после тестирования по сравнению с группой непринятия. Эти результаты были обнаружены в контексте экспериментального проекта с использованием имевшихся процедур оптимизации внутренней валидности.

Вывод о том, что 40% участников были не в состоянии участвовать в принятии свидетельствует о том, что значительная часть ранее страдавших от депрессии людей, которых обучили принятию в ходе короткого учебного занятия, будут прикладывать немалые усилия для использования данной техники. Кроме того, эти результаты показывают, что методологические процедуры необходимы для оценки степени приверженности экспериментальным исследованиям когнитивной уязвимости, так как нельзя предположить, что простое прохождение процедуры даст требуемый эффект. В самом деле, эти результаты указывают на то, что другим исследователям и клиницистам, использующим интервенцию принятия, возможно, потребуется определить и применять априорные критерии успеха для того, чтобы гарантировать тот факт, что участники действительно будут использовать эту технику. В порядке наблюдения можно отметить, что, что большая часть участников, которые не отвечали критериям успешного использования принятия, вместо этого использовали то, что можно было бы назвать "ободрением", которое состояло из вербализации, отражавшей осознание негативного опыта с попытками минимизировать, вытерпеть или попытаться преодолеть его. Таким образом, в ходе размышлений вслух они делали такие заявления, как "Все в порядке, я могу справиться с этим переживанием" или "Я могу вытерпеть негативное настроение". В настоящем исследовании не было возможности оценить, смогли ли участники изменить свои метакогнитивные реакции на более полную установку принятия со временем или после повторного обучения. Возможность того, что некоторые участники, обученные принятию, вместо этого используют ободрение, представляет собой интересный вопрос сам по себе. Его изучение можно продолжить в рамках других исследований.


ГРАФИК



Рисунок 1. Влияние группы на интенсивность вызванного негативного настроения.

Более высокие баллы указывают на большую выраженность подавленного настроения. SCID — структурированное клиническое интервью для постановки диагноза.

Результаты настоящего исследования предоставляют доказательства касательно факторов, связанных с отношением к принятию. Тревожность препятствует способности участвовать в принятии, а для оптимального участия в метакогнитивном принятии печали может потребоваться спокойное психическое состояние. В ходе официального обучения осознанности участники обращают внимание на свое дыхание [8,26], что, вероятно, помогает им в достижении данного спокойного состояния сознания. В настоящем исследовании мы исследовали когнитивный стиль принятия без учета фокуса на дыхании. Имеется вероятность того, что негативное влияние тревожности могло было бы уменьшено, если бы в обучении были задействованы элементы дыхания, которые используются в более официальной практике осознанности. В тех случаях, когда тревожность использовалась в качестве ковариата во вспомогательных анализах, эффект принятия негативного настроение оставался значительным.

Таблица 5. Метакогнитивные установки до и после манипуляции
ATNES - Шкала установок по отношению к негативным переживания;

Лица, которые с трудом участвовали в принятии, продемонстрировали более негативное отношение к негативному опыту, тем самым подтвердив убеждения более крупного масштаба о том, что депрессивные переживания вредны, ввиду чего их следует избегать. Эти результаты согласуются с теорией обработки информации, в которой выдвинуто предположение о том, что лица, которые отрицательно оценивали метакогнитивную установку к печали, были вынуждены избегать чувства печали и использовать руминацию в ошибочной попытке предотвратить эскалацию негативного настроения. [1] Наши выводы показывают, что участники, которые одобрили более негативные метакогнитивные установки, с меньшей вероятностью были склонны участвовать в принятии.

По сравнению с участниками, которые оптимально принимали участие, лица, которые не смогли придерживаться принятия, продемонстрировали более негативное настроение сразу после обучения принятию, но до вызывания настроения. Поиск различий перед вызыванием настроения является несколько неожиданным, причем непонятно, почему возникло это различие между группами. Одной из возможных причин этой различия между группами является то, что обучение принятию действовало как подверженность воздействию негативного опыта для участников, которые обычно склонны избегать связанных с депрессией когниций и демонстрируют негативное отношение к негативному опыту, что приводит к кратковременному увеличению их печального настроения перед вызыванием настроением. При ковариации (поиске независимых переменных) для оценки настроения перед вызыванием настроения возникла аналогичная картина результатов; участники, которые оптимально участвовали в принятии, продемонстрировали более короткую продолжительность негативного настроения по сравнению с теми, кто не смог использовать принятие.

Вывод о том, что участники, участвовавшие в принятии, в значительной степени уменьшили свое негативное настроение и повысили уровень своей установки принятия, согласуется с теорией обработки информации [1], в которой выдвигается предположение о том, что состояние метакогнитивной осведомленности и принятия могло повлиять на негативное настроение и изменить установки вылечившихся от депрессии лиц по отношению к печали. В частности, предполагается, что осознание и принятие препятствуют обработке путем руминации и предотвращают эскалацию слабо выраженных состояний падения настроения до более тяжелой степени депрессии. Эти выводы также обеспечивают предварительную экспериментальную поддержку предлагаемого механизма, лежащего в основе MBCT, смысл которого состоит в том, что использование принятия может снизить воздействие негативного настроения у людей, подверженных рецидиву.

Несмотря на сильные стороны настоящего исследования, существует несколько ограничивающих факторов, которые требуют рассмотрения. Несмотря на то, что настоящее исследование было разработано с целью повышения внутренней достоверности, методология ограничивает внешнюю обоснованность исследования [27]. К примеру, мы использовали процедуру вызывания настроения, суть которой заключалась в необходимости вспомнить три личных события. Неизвестно, смогут ли люди лучше участвовать в принятии спонтанного, естественного настроения. Кроме того, мы использовали процедуру "добровольного/сознательного" вызывания настроения для того, чтобы довести до максимума вероятность успешного вызывания негативного настроения. Одним из потенциальных ограничивающих факторов такого вызывания настроения являются требуемые характеристики [21], несмотря на то, что в той мере, в которой присутствовали требуемые характеристики, они, по-видимому, имеются между обеими группами в одинаковой степени. Классификация групп принятия/непринятия осуществлялась на основе одного граничного балла с целью обеспечения соответствия нашему предыдущему исследованию, и неизвестно, как этот граничный балл обобщает использование принятия в других условиях. Также утверждалось, что состояние осознанности многогранно, причем для него характерны такие аспекты как описание, осознание, отсутствие оценочных суждений и нереактивность. [28] Категоризация групп в настоящем исследовании также была основана на одном критерии оценки, ввиду чего мы не смогли оценить потенциальные многогранные аспекты состояния принятия. Кроме того, подшкалы ATNES продемонстрировали только внутреннюю согласованность от низкой до умеренной. Использование опросника с определенной достоверностью и надежностью могло бы повысить наши результаты. Наконец, обучающее занятие было относительно коротким и включало в себя только один сеанс обучения принятию. В случае проведения повторных учебных занятий у большего процента участников имеется возможность пройти обучение и участвовать в принятии.

Несмотря на вышеуказанные ограничивающие факторы, результаты настоящего исследования могут иметь значение для клинической практики и направлений будущих исследований. Мы предоставляем предварительное экспериментальное подтверждение того, что значительная доля лиц, ранее переживших депрессию, будет испытывать трудности с достижением состояния метакогнитивной осведомленности и принятия. Наши выводы также свидетельствуют о том, что тревожность, в частности, может препятствовать способности лиц к развитию принятия подавленного настроения. Несмотря на то, что установки по отношению к негативным переживаниям не так значимы, как роль тревожности, они также сказались на способности участвовать в принятии. Эти результаты свидетельствуют о том, что внимание к и, возможно, некоторое устранение дефектов, связанных как с тревожностью, так и с негативными установками по отношению к негативным переживаниям, могут быть полезными видами интервенции перед обучением метакогнитивному принятию. Настоящее исследование показало, что, несмотря на то, что принятие можно изучать экспериментально, крайне важно использовать процедуры, определяющие степень участия участников в принятии.

Настоящее исследование поддается воспроизведению, при условии применения самых последних и более обоснованных с психометрической точки зрения опросников, которые были разработаны для оценки многогранного характера принятия и осознанности [28]. ATNES также следует усовершенствовать и доработать до того, как его начнут использовать в последующих исследованиях. Дальнейшие экспериментальные исследования по обучению принятию также должны воспроизводить эти результаты при помощи различных условий вызывания настроения. Исследование, в котором изучается степень, в которой ранее страдавшие от депрессии лица могут участвовать в принятии, находясь в спонтанном негативном настроении, могло бы коснуться вопросов, связанных со способом, при помощи которого люди обрабатывают информацию в ходе естественно возникающей дисфории. Наконец, в дальнейших исследованиях следует изучить вопрос о том, может ли способность участвовать в принятии, даже в контексте экспериментальной методологии, прогнозировать рецидив депрессии в рамках продольного исследования.

Выражение признательности. Настоящее исследование было проведено при поддержке гранта Канадских институтов исследований в области здравоохранения, за что авторы выражают свою особую благодарность. Мы также благодарны Аманде Эпп и Стефани Кассин за их помощь. Запросы на перепечатку второго автора следует отправлять на Кафедру психологии, Университет Калгари, Канада, T2N 1N4, Альберта, Калгари (Department of Psychology, University of Calgary, Calgary, Alberta, Canada T2N 1N4).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
  1. Teasdale JD, Segal Z, Williams JMG. How does cognitive therapy prevent depressive relapse and why should attentional control (mindfulness) training help? Behav Res Ther 1995;33:25−39. / Тисдейл, Дж.Д., Сигал, З., Уильямс, Дж.М. Г. Каким образом когнитивная терапия предотвращает рецидивы депрессии и почему должно помогать обучение контролю при помощи внимания (осознанности)? Behav Res Ther 1995;33:25−39.
  2. Nolen-Hoeksema S, Morrow J. A prospective study of depression and distress following a natural disaster: the 1989 Loma Prieta earthquake. J Pers Soc Psychol 1991;61:105−121. / Нолен-Хоексема, С., Морроу, Дж. Перспективное исследование депрессии и дистресса, являющихся последствиями стихийного бедствия: землетрясение Лома Приета 1989 г. J Pers Soc Psychol 1991;61:105−121.
  3. Spasojevic J, Alloy LB. Rumination as a common mechanism relating depressive risk factors to depression. Emotion 2001;1:25−37. / Спрасойевич, Дж., Аллой, Л. Б. Руминация как общий механизм, связывающий депрессиные факторы риска с депрессией. Emotion 2001;1:25−37.
  4. Watkins E, Baracaia SB. Why do people in dysphoric moods ruminate? Pers Individual Differences 2001;30:723−734. Lyubormirsky S, Nolen-Hoeksema S. Effects of self-focused rumination on negative thinking and interpersonal problem solving. J Pers Soc Psychol 1995;69:176−190. / Уоткинс, Э., Баракайя, С. Б. Почему люди в дисфорическом состоянии склонны предаваться руминации? Pers Individual Differences 2001;30:723−734. Любомирский С., Нолен-Хоексема С. Влияние сконцентрированной на самом себе руминации на негативное мышление и решение межличностных проблем. J Pers Soc Psychol 1995;69:176−190.
  5. Hayes SC. Acceptance and commitment therapy. In: Hayes SC, Follette VM, Linehan MM, editors. Mindfulness and acceptance: expanding the cognitive behavioral tradition. New York: Guilford Press; 2004:1−29. / Хэйс, С. К. Принятие и недобровольная госпитализация лечение. В источнике: Хэйс С. К., Фоллетт, В.М., Линехан М. М., редакторры. Психическая вовлечённость и принятие: расширение когнитивно-поведенческой традиции. Нью-Йорк: Гилфорд Пресс; 2004 г.: с. 1−19.
  6. Linehan MM, Cochrane BN, Kehrer CA. Dialectical behavior therapy for borderline personality disorder. In: Barlow DH, editor. Clinical handbook of psychological disorders (3rd ed.). New York: Guilford Press; 2001:470−522. / Линехан, М. М. Кокрэн, Б.Н., Керер, К. А. Диалектическая поведенческая терапия для лечения пограничного расстройства личности. В источнике: Барлоу Д. Х., редактор. Клиническое руководство по психическим расстройствам (3-е изд-е). Нью-Йорк: Гилфорд Пресс; 2001 г.: с. 470−522.
  7. Segal ZV, Williams JMG, Teasdale JD. Mindfulness-based cognitive therapy for depression: a new approach to preventing relapse. New York: Guilford Press; 2002. / Сигал, З.В., Уильямс Дж.М.Г., Тисдейл, Дж.Д. Когнитивная терапия на основе психической вовлечённости для лечения депрессии: новый подход к предотвращению рецидива. Нью-Йорк: Гилфорд Пресс; 2002 г.
  8. Teasdale JD, Segal ZV, Williams JM, Ridgeway VA, Soulsby JM, Lau MA. Prevention of relapse/recurrence in major depression by mindfulness-based cognitive therapy. J Consult Clin Psychol 2000;68:615−623. / Тисдейл, Дж.Д., Сигал, З.В., Уильямс, Дж.М., Риджуэй, В.А., Соулсби, Дж.М., Ло, М. А. Предотвращение рецидива/повторения большого депрессивного расстройства при помощи когнитивной терапии на основе психической вовлечённости. J Consult Clin Psychol 2000;68:615−623.
  9. Ma SH, Teasdale JD. Mindfulness-based cognitive therapy for depression: replication and exploration of differential relapse prevention effects. J Consult Clin Psychol 2004;72:31−40. / Ма С. Х., Тисдейл Дж.Д. Когнитивная терапия на основе психической вовлечённости для лечения депрессии: повторение и изучение дифференциальных эффектов предотвращения рецидива. J Consult Clin Psychol 2004;72:31−40.
  10. Chambless DL, Ollendick TH. Empirically supported psychological interventions: controversies and evidence. Annu Rev Psychol 2001;52:685−716. / Чамблесс, Д.Л., Оллендик, Т. Х. Эмпирически обоснованные психологические интервенции: противоречия и доказательства. Annu Rev Psychol 2001;52:685−716.
  11. Singer AR, Dobson KS. An experimental analysis of the cognitive vulnerability to depression. Behav Res Ther 2007;45:563−575. / Сингер А. Р., Добсон, К. С. Экспериментальный анализ когнитивной уязвимости депрессиии. Behav Res Ther 2007;45:563−575.
  12. Watkins E, Teasdale JD, Williams RM. Contextual questions prevent mood primes from maintaining experimentally induced dysphoria. Cognition & Emotion 2003;17:455−475. / Уоткинс, Э., Тисдейл, Дж.Д., Уильямс, Р. М. Контекстуальные вопросы предотвращают нахождение искусственно стимулированного настроения в экспериментально вызванном дисфорическом состоянии. Cognition & Emotion / Когниции и эмоции 2003;17:455−475.
  13. Orsillo SM, Roemer L, Block Lerner J, Tull MT. Acceptance, mindfulness and cognitive behavioral therapy. In: Hayes SC, Follette VM, Linehan MM, editors. Mindfulness and acceptance: expanding the cognitive behavioral tradition. New York: Guilford Press; 2004:66−95. / Орсилло, С.М., Ремер, Л., Блок Лернер, Дж., Тулл, М. Т. Принятие, психическая вовлечённость и когнитивно-поведенческая терапия. В источнике: Хэйс. С.К., Фоллетт В. М., Линехан М. М., редакторы. Психическая вовлечённость и принятие: расширение когнитивно-поведенческой традиции. Нью-Йорк: Гилфорд Пресс; 2004 г.: с. 66−95.
  14. American Psychiatric Association. Diagnostic and statistical manual (4th ed. text revised). Washington: Author; 2000. / Американская психиатрическая ассоциация. Диагностическое и статистическое руководство (4-е изд-е, с отредактированным текстом). Вашингтон: Автор; 2000 г.
  15. Frank E, Prien RF, Jarrett RB, Keller MB, Kupfer DJ, Lavori PW. Conceptualization and rationale for consensus definition of terms in major depressive disorder: remission, recovery, relapse and recurrence. Arch Gen Psychiatry 1991;48:851−855. / Фрэнк, Э., Приен, Р.Ф., Джарретт, Р.Б., Келлер, М.Б., Купфер, Д.Дж., Лавори, П. У. Концептуализация и обоснование обобщённого определения терминов, связанных с большим депрессивным расстройством: ремиссия, излечение, рецидив и повторение. Arch Gen Psychiatry 1991;48:851−855.
  16. Beck AT, Steer RA, Brown GK. Beck depression inventory (2nd Ed.). San Antonio, CA: The Psychological Corporation; 1996. / Бэк А. Т., Стир Р. А., Браун Г. К. Шкала оценки депрессии Бека (2-е изд-е). Сан Антонио, Калифорния: Психологическая корпорация; 1996 г.
  17. Teasdale JD, Moore RG, Hayhurst H, Pope M, Williams S, Segal ZV. Metacognitive awareness and prevention of relapse in depression: empirical evidence. J Consult Clin Psychol 2002;70:275−287. / Тисдейл Дж.Д., Мур Р. Г., Хэйхерст Х., Поуп М., Уильямс С., Сигал З. В. Метакогнитивная осознанность и предотвращение рецидива депрессии: эмпирические доказательства. J Consult Clin Psychol 2002;70:275−287.
  18. First MB, Spitzer RL, Gibbons M, Williams JBW. Structured clinical interview for DSM-IV axis I disorders. New York: Biometrics Research Department; 1997. / Ферст М. Б., Спитцер Р. Л., Гиббонс М., Уильямс Дж.Б. У. Структурированное клиническое интервью для расстройств оси I по DSM-IV. Нью-Йорк: Отдел биометрических исследований; 1997 г.
  19. Beck AT, Steer RA. Beck anxiety inventory. San Antonio, CA: The Psychological Corporation; 1996. / Бэк А. Т., Стир Р. А. Шкала оценки тревожности Бека. Сан Антонио, Калифорния: Психологическая корпорация; 1996 г.
  20. Westermann R, Spies K, Stahl G, Hesse FW. Relative effectiveness and validity of mood induction procedures: a meta-analysis. Eur J Soc Psychol 1996;26:557−580. / Уэстерманн Р., Спайс К., Стол Г., Гессе Ф. У. Относительная эффективность и валидность процедур вызывания настроения: мета-анализ. Eur J Soc Psychol 1996;26:557−580.
  21. Martin M. On the induction of mood. Clin Psychol Rev 1990;10:669−697. / Мартин М. О вызывании настроения. Clin Psychol Rev 1990;10:669−697.
  22. Segal ZV, Ingram RE. Mood priming and construct activation in tests of cognitive vulnerability to unipolar depression. Clin Psychol Rev 1994;14:663−695. / Сигал З. В., Ингрэм Р. Э. Стимулирование настроения и активация конструктов в тестах на когнитивную уязвимость при униполярной депрессии. Clin Psychol Rev 1994;14:663−695.
  23. Teasdale JD, Fogarty SJ. Differential effects of induced mood on retrieval of pleasant and unpleasant events from episodic memory. J Abnorm Psychol 1979;88:248−257. / Тисдейл Дж.Д., Фогарти, С.Дж. Дифференциальные эффекты вызванного настроения на извлечение воспоминаний о приятных и неприятных событиях из эпизодической памяти. J Abnorm Psychol / Журнал патопсихологии 1979;88:248−257.
  24. Ericsson KA. Protocol analysis: verbal reports as data. Cambridge, MA: MIT Press; 1993. / Эрикссон К. А. Анализ протоколов: вербальные отчеты как данные. Кэмбридж, Массачусетс: МИТ Пресс; 1993 г.
  25. Kabat-Zinn J. Full catastrophe living: the program of the stress reduction clinic at the University of Massachusetts Medical Center. New York: Dell; 1990. / Кабат-Зинн Дж. Полноценное переживание катастрофы: программа клиники уменьшения стресса в университете Массачусетского медицинского центра. Нью-Йорк: Делл; 1990 г.
  26. Kazdin AE. Research design in clinical psychology (4th ed.). Boston, MA: Allyn & Bacon; 2003. / Каздин А. Э. Планирование исследований в клинической психологии (4-е изд-е). Бостон, Массачусетс: Эллин энд Бэйкон; 2003 г.
  27. Baer RA, Smith GT, Hopkins J, Krietemeyer J, Toney L. Using self-report assessment methods to explore facets of mindfulness. Assessment 2006;13:27−45. / Баэр Р. А, Смит Г. Т., Хопкинс Дж., Криэтмейер Дж., Тоуни Л. Использование самоотчетных методов оценки для изучения аспектов психической вовлеченности. Assessment / Оценка 2006;13:27−45.